166

Конкурсомания

Кроме основных общенациональных агонов в различных областях древнего мира устраивались многочисленные местные празднества, где музыкальные соревнования входили обязательной частью в их программы. Эти праздники были связаны либо с местными религиозными культами, либо с определенными историческими событиями, либо устанавливались волей правящих здесь владык.
Так, в Арголиде, в городе Эпидавре, издавна почитался бог врачевания Асклепий, в честь которого устраивались праздники, где состязались артисты и музыканты. Эти празднества назывались здесь Великие Асклепии.
На севере Греции, в Беотии, проходили Эротидии и Мусеи, посвященные богу любви Эроту и музам. Они также не обходились без художественных конкурсов. Вот фрагмент из списка победителей такого соревнования в честь муз, запечатленный на камне и начинающийся все с той же традиционной формулы «άγαοη τύχη» — «в добрый час» —решению жюри:
«В добрый час. При агонотете Флавии Павлине, при архонте Метродоре, сыне Онесифора, на состоявшемся в честь муз агоне победили:

автор просодия — теспиец Эвмарон, сын Александра, и афинянин Антифон;
глашатай — теспиец Помпей, сын Зосима;
трубач — фиванец Зосим, сын Эпикта;
автор энкомия в честь императора — служитель храма Помпилий Антоний
Максим;
энкомий в честь муз —служитель храма Помпилий Антоний Максим;
автор [поэмы) в честь императора — коринфянин Эмилий Эпиктет;
автор [поэмы] в честь муз — теспиец Дамонейк, сын Дамона;
рапсод — коринфянин Эвтихиан;
исполнитель на пифийском авлосе — коринфянин Фабий Актик;
кифарист — никомедиец Теодот, сын Теодота;
автор древней трагедии — аспендец Аполлоний, сын Аполлония;
автор новой комедии — афинянин Антифон;
актер новой комедии — афинянин Антифон;
автор новой трагедии — афинянин Артемон, сын Артемона;
актер новой трагедии — афинянин Агатемер, сын Питоклея;
хоровой авлет — пергамец Госий».

167

Имена победителей показывают, что на конкурсе в честь муз совместно выступали и греки, и римляне. Несколько человек дважды удостоены звания победителя. Специалист по хвалебным песням, называвшимся энкомиями, служитель храма муз некий Помпилий Антоний Максим представил наилучшие произведения, прославляющие императора и муз, а афинянин Антифон был признан лучшим как автор и актер так называемой новой комедии, где идеи традиционных мифологических сюжетов преломлялись в ситуациях современной действительности. Что же касается крайне загадочного определения «новая трагедия», то нужно думать, что и здесь также подразумевается произведение, в сюжете которого действуют не боги и не герои, а смертные люди.
Здесь же в Беотии, в городе Орхомене, в древней столице племени миниев, совершалось празднество, именовавшееся Минин. На нем в основном повторялись древние культовые обряды и исполнялся древнейший музыкальный репертуар. В той же Орхомене проводился праздник Харитесий в честь божеств красоты и радости — харит, дочерей Зевса и океаниды Эвриномы. Большую часть Харитесий составляли музыкальные состязания. Вот надпись, увековечившая победителей одних Харитесий:

«Эти победили на соревновании Харитесий:
трубач—антиохиец с [реки] Меадр Менис, сын Аполлона;
глашатай — пафиец Зоил, сын Зоила;
рапсод — афинянин Нумений, сын Нумения;
эпический поэт — фиванец Аминий, сын Демоклея;
авлет — критянин Аполлодот, сын Аполлодота;
авлод — аргосец Родипп, сын Родиппа;
кифарист — эолиец из Кум (Пиний, сын Аполлодора, сына Фания;
кифарод — колхидец Деметрий, сын Пармениска;
актер трагедии — родосец Гиппократ, сын Аристомена;
актер комедии — фиванец Каллистрат, сын Екзакеста;
автор сатиры — фиванец Аминий, сын Демоклея;
актер — тарентинец Доротей, сын Доротея;
автор трагедии — афинянин Софокл, сын Софокла;
актер — фиванец Кавирих, сын Теодора;
автор комедии — афинянин Александр, сын Аристона;
актер — афинянин Аттал, сын Аттала».

В Спарте мусические агоны начали устраиваться чуть ли не со второй половины VII в. до н. э. Они проводились в рамках праздника, называвшегося Карнеями и посвященного Аполлону.
Издавна были известны мусические состязания на знаменитом острове Эгейского моря Делосе (Павсаний IV 4, 1; IV 33, 2). Фукидид (III 104, 3—6) рассказывает, что на этот праздник съезжались вместе с семьями жители всех окрестных кикладских островов. Здесь устраивались хороводы и состязания певцов. Население со-

168

седних островов принимало в этом активное участие и даже посылало свои хороводы для выступления в конкурсах.
Аналогичные соревнования проводились и в других местах Греции — Эпидавре, Фивах, Лебадии, Берое. Жители Азии, входящие в эллинистическую орбиту, также не были лишены «агонистического духа». Во многих городах Вифинии, Лидии и Ионии устраивались подобные состязания. Они проходили в таких городах, как Никомедия, Никея, Сарды, Траллы, Эфес, Смирна, Пергам, Милет и других.
Таким образом, в каждом более или менее значительном городе эллинистического мира были свои собственные празднества, включавшие в себя музыкальные состязания. С течением времени в сознании людей они превращались в некую часть символа города и его облика. Когда кто-то говорил, например: «я из Афин» или «я с Делоса», то в сознании современников моментально всплывали не только географические координаты этих городов, не только известные исторические события, связанные с ними, но и обязательно знаменитые празднества со спортивными и мусическими конкурсами. Однако в Греции был город, который волею судеб оказался местом проведения двух грандиозных общеэллинских торжеств.
В Дельфах, издавна известных своими Пифийскими играми, со второй четверти II в. до н. э. стали проводиться еще одни соревнования, названные Сотериями. Для этого был конкретный исторический повод.
В 280—277 гг. до н. э. на Балканский полуостров вторглись полчища кельтов, которых греки называли галлами или галатами. Они захватили большую часть Греции и даже дошли до Дельф. Одной из целей захватчиков было ограбление Дельфийского святилища, в котором хранилось бесчисленное множество уникальных ценностей. Патриотизм греков и глубокое почитание национальных богов не могли допустить такого святотатства. Возле Дельф произошло решающее сражение между кельтами и объединенными силами греков (эолийцев, беотян и фокидян). Захватчики были разгромлены и бежали. В представлении греков эта победа была предопределена не их мужеством, силой оружия и талантом полководцев, а божественным провидением. Разве мог хозяин святилища, великий Аполлон, позволить надругательство над Дельфами? В сложившейся ситуации сами боги должны были встать на защиту святилища. И именно благодаря богам произошло его спасение. По решению этолийского союза, принятому в 278 г. до н. э., были установлены игры Спасения (по-гречески Σωτηρίαι — Сотерий). Они посвящались Аполлону Пифийскому и Зевсу Сотеру. Во все места Эллады были посланы гонцы с призывом принять участие в играх. Ответы не заставили себя ждать. Многие из греческих городов принимали такие декреты:

«...народ, желая участвовать в чествовании богов... постановляет:
в добрый час, принять их [то есть зтолийцев] предложение

169

и признать состязания Сотерий, которые этолийцы учреждают
в благодарность за Спасение Дельфийского храма Аполлона и
всей Эллады, с награждением победителей венками...»

Так как участие в Сотериях рассматривалось как национально-патриотический акт, то в художественных конкурсах было занято большое количество людей. Здесь были и солисты-рапсоды, кифаристы, авлеты, кифароды, а также детские и мужские хороводы, авлеты, сопровождающие хороводы, поэты и постановщики своих трагедий и комедий (в эпиграфических памятниках они отмечены как διδάσκαλοι — «дидаскалы»), авлеты, сопровождавшие своей игрой эти театральные представления. Участниками состязания считались даже «гиматиомисты» (ιματιομύστοι). Под этим термином понимались люди, выдававшие хоревту театральные костюмы — «гиматии» (ιμάτια). Они могли давать их напрокат или продавать для спектаклей. Но самое главное — они были создателями костюмов. Нередко такие художники-модельеры являлись членами театральной группы, готовившей спектакль, и выполняли обязанности, близкие к функциям современного костюмера.
Некоторые сохранившиеся надписи, содержащие списки участников Сотерий, показывают, что ежегодно на них выступало до семидесяти человек. Представьте, сколь велика эта цифра в масштабах древнего общества, где все числовые показатели населения были во много раз ниже, чем ныне.
У нас существует уникальная возможность ознакомиться с именами участников Сотерий, проходивших в течение десяти лет (с 279 по 269 гг. до н. э.), так как они сохранились на специальных плитах, сделанных из мрамора, камня или других твердых материалов. Мы рассмотрим список только одного года — 272 г. до н. э. Пусть читателю не покажется скучным и однообразным перечень уже ни о чем не говорящих имен древнегреческих мастеров, ушедших в небытие вместе со своим искусством. Наоборот, попытаемся прочувствовать особенность обстановки, саму атмосферу событий и, несмотря на сложности, хотя бы приблизительно ощутить то, что принято называть «дыханием времени». Ведь за этими именами — живые судьбы музыкантов, хоревтов, актеров, драматургов, годы их приобщения к художественному ремеслу и напряженная подготовка к предстоящим на Сотериях выступлениям. Артисты, съехавшиеся в Дельфы со всей Эллады (их имена мы сейчас узнаем), будут признаны победителями состязаний, и эта победа откроет для них путь к творческой славе. Однако многие участники соревнований не будут увенчаны венками победителя. Поэтому нужно представить себе не только накал страстей и волнений перед соревнованиями и во время их, но и всю гамму чувств участников агона после объявления решения судей: от ничем не сдерживаемой радости и ликования

170

победителей до разочарования и глубоких переживаний тех, кто не был отмечен агонотетами. Да, жизнь древнего артиста, как и артиста наших дней, была полна сложностей и перипетий.
Итак, год 272 до нашей эры. Дельфы. Список участников Сотерий:

«При архонте Аристагоре,
жреце закинфце Филониде, сыне Аристомаха, при иеромнемо-
нах [то есть, членах жреческой коллегии] этолийцах Полифро-
не, Телесте, Александре, Евктее, Мимнее, Эвнике, Лике, Поле-
мархе, Полемае, дельфийцах Архиаде, Мантее, гистиейце
Фитоне,
на агоне Сотерий соревновались
рапсоды — аркадиец Полимнест, сын Александра,
аркадиец Клиторий, сын Аристида;
кифаристы — миринец Эпикрат, сын Меандра,
пелленец Каллий, сын Поликсена;
кифароды — афинянин Андрокл сын Фокиона,
трониец Никон, сын.....;
хоревты-дети — беотиец Гераклиодор, сын Диогитиона,
афинянин Никон, сын Теомена,
беотиец Исменодор, сын Микиона,
халкидец Антиген, сын Булевта;
хоревты-мужчины — беотиец Аполлодор, сын Терона,
афинянин Лик, сын Дионисия,
. . . . Менон, сын Антеннипа,
кеосец Фидакид, сын Фиданта,
византиец Энесидем, сын . . . ;
авлеты — эгинец Динон, сын Гераклида,
беотиец Никополь, сын Теогитона;
дидаскалы — халкидонец Гераклит, сын Талла,
беотиец Онисипп, сын Диона;
актеры трагедий — кассандрец Никид, сын Никандра,
опунтец Эвхарид, сын Эпихара,
мегарец Дамон, сын Эвдема;
авлет — хиосец Диопсант, сын . . . ;
дидаскал — аргосец Сатир, сын Симмаха,
гистиянин Тимоксен, сын Теотимида,
фессалиец Эратон, сын Филона,
аргосец Гераклит, сын Диона;
авлет — афинянин Харид, сын Харида;
дидаскал — боспорец . . . , сын Хрисолая,
милетец Улиад, сын Калликрата,
этолиец Сотил, сын . . . ,
милетец Аристипп, сын Калликрата;
авлет — сикионец Пантакл, сын . . . .;
дидаскал — афинянин Лик, сын .... та;
актеры комедии — закинфец Филонид, сын, Аристомаха,
закинфец Ликид, сын Трасиксена,
элидец Гераклит, сын Гераклида;
авлеты — беотиец Филиск, сын Филона,
ахеец Дион, сын Тевдора,
гераклеец Дионисий, сын Сима,
беотиец Никомах, сын Поликлида;
авлет — навкратидец Клитий, сын Мендая;

171

дидаскал — беотиец Кепсисодор, сын Каллия,
киренец Поликрат, сын Евдокса,
афинянин ..... сын Гигесия,
афинянин Диокл, сын Диокла;
авлет — беотиец Ксантипп, сын Мойрагена;
дидаскал — мегарец Менекрат, сын Потида,
халкидец Клеоксен, сын Ахая,
амбракиец Епитим, сын . . . . . . . .
Филиск, сын Дарейка;
авлет — афинянин . . . .,
дидаскал — беотиец Диогит, сын ....
комические хоревты — ибиденец Дромар, сын Тисамена,
афинянин Теодот, сын Теодота,
сикионец Терсин, сын Никодима,
беотиец Аристокл, сын Каллия,
мегарец Дионисиодор, сын Памфила,
сикионец Мосх, сын . . . .;
гиматиомисты — саламинец Стратокл, сын Аполлодора,
солеец Никон, сын Менеклея,
гераклеец Дионисий, сын Дионисиодора».

К сожалению, история не сохранила для нас имена артистов, оказавшихся победителями на этих Сотериях, хотя они каждый раз фиксировались.
Но вот прошло сорок шесть лет, в течение которых каждый год проводились Сотерии, на которых были и победители, и побежденные. В этом, 226 г. до н. э. также были выбиты на камне имена участников художественных состязаний. Возможно среди них находились внуки и правнуки артистов, участвовавших в Сотериях 272 г. до н. э. Однако эта надпись не сохранилась. Зато уцелел отрывок другой, содержащей имена победителей. Вот перевод этого уцелевшего фрагмента:

«При агонотете Ксене, этолийце из Трихонея, сыне Гелланика,
иеромнемонах этолийцах Крареиде, Тел ...ипале, Пиррай-
те, Аристомахе, Тимофее, Филле, Этолионе, Александре,
Пиррнне, Сотионе, ...нионе, Лисимброте, Гибристе, Писикле,
хиосце — Никие, дельфийцах — Мнасоне, Вабиле, на Сотериях
победили:
рапсод — Никий,
кифарист — коринфянин Филоксен, сын Ксенниада,
кифарод — этолиец Теофраст, сын Эва...ха;
авлет-мальчик — беотиец Гермионд, сын Никия,
руководитель детей — ... Ев...,
авлет-мужчина — сикионец Ник..., сын Тимодема,
руководитель мужчин — беотиец Деме..., сын Агатофана,
комический актер — гистиянин Амикл, сын ... фрая.»

Многочисленные праздники с музыкальными соревнованиями учреждались тиранами, полководцами, консулами, императорами. Особенно показательна в этом отношении деятельность Александра Ма-

172
кедонского (356—323 гг. до н. э.). Шествие его победоносного войска было отмечено целой серией состязаний, в том числе и художественных.
Так, на самой заре своей государственной деятельности, когда он лишь начал осуществлять македонскую экспансию на Пелопоннесе, Александр покорил главный беотийский город Фивы. Возвратясь в Македонию и принеся жертвы Зевсу Олимпийскому, в честь своей победы он учредил в древней столице македонских царей, в Эгах, праздничные состязания и даже назвал их Олимпийскими (кстати, такое наименование в древнем мире носили не только знаменитые игры, проходившие в Олимпии; олимпийскими назывались игры в Эпидавре, Берое, Эфесе, Смирне, Кизике). И, как добавляет Квинт Курций Руф (I 11, 1), «установил еще и состязания в честь муз».
Когда Александр прибыл со своим войском в Египет, то, находясь в Мемфисе, он принес жертвы одному из важнейших местных божеств Апису (изображавшемуся в виде быка с треугольным белым пятном на лбу) и провел праздничные состязания «гимнастические и мусические» (там же, III 1, 4). На них съехались знаменитости со всей Эллады. Естественно, здесь невозможно было обойтись без греческих кифародов, авлетов й кифаристов. В сообщении, изложенном в работе Афинея (XII 538 b-f), пишется, что во времена Александра Македонского участники мусических соревнований выступали в следующей последовательности: рапсоды, кифаристы-солисты (ψιλοκιθαρισταί), кифароды, авлоды, авлеты, актеры трагедии, актеры комедии и, наконец, псалты. Под последним термином в Древней Греции подразумевали кифаристов, игравших без плектра, пальцами.
Вступив в древнюю столицу Финикии Тир, Александр-завоеватель и здесь устроил аналогичные соревнования (Квинт Курций Руф III 6, 1). Отмечая свою победу над индами, он учредил такие же «мусические и гимнастические соревнования» на берегу Персидского залива (там же, VI 28, 3). После смерти своего друга и соратника Гефестиона Александр также задумал устроить в его память «гимнастические и мусические состязания» (там же VII 14,10). Из текста Квинта Курция Руфа трудно понять, состоялись они или нет. Правда, он передает дошедшие до него слухи, что якобы через некоторое время участники «гефестионовых состязаний» выступали на похоронах самого Александра Македонского, который ненадолго пережил' своего друга.
Перечисление этих спортивных и художественных соревнований во время войн Александра Великого не должно создать впечатление, что его походы были неким сплошным праздником спорта и искусства. Они устраивались в перерывах между жесточайшими битвами, как отдохновение после тяжелых кровопролитных боев.
Отдать дань великому агонистическому духу с привлечением искусств являлось древнейшей традицией, которой следовал не только
173
Александр Македонский. Многие римские императоры также соблюдали этот обычай.
Октавиан Август (23 г. до н. э.—14 г. н. э.), разбив в морском сражении 2 сентября 31 г. до н. э. при Акции (у западного побережья Средней Греции) своего соперника Марка Антония, в память о победе учредил Акцийские игры. Они проводились в юроде Никополе (буквально — «город победы»). Как можно понять из сообщения Страбона (VII 7, 6), здесь издавна существовали игры, посвященные Аполлону Актийскому, а значит, в их программе должны были быть музыкальные конкурсы. Октавиан Август придал им несколько иную направленность, приспособив древний обычай к чествованию собственной победы.
При том же Августе были учреждены Столетние игры, посвященные основанию Рима (753 г. до н. э.). Это был грандиозный религиозный, спортивный и художественный праздник. Его предполагалось отмечать через каждые сто лет. Многие римские императоры мечтали, чтобы такой юбилей пришелся как раз на их правление. Ведь Столетние игры служили не только славе Рима, но и прославлению императора, отмечающего эту знаменательную дату. Поэтому всегда находились угодливые «историки», помогавшие своему монарху посредством разного рода толкований слова «век», а также с помощью многочисленных и запутанных летоисчислений доказать обоснованность проведения Столетних игр в требуемое время. Известно, что при самом Августе Столетние игры состоялись в 17 г. до н. э., при императоре Клавдии в 47 г., а при Домициане — в 88 г.
Один из самых жестоких и безжалостных римских властителей, запечатлевшийся в истории как некое исчадие ада, Нерон (54—68 гг. до н. э.), учредил особые игры и назвал их своим именем — Неронии. Его всепоглощающая любовь к музыке (о ней мы еще поговорим отдельно) предопределила важное место музыкальных соревнований на Нерониях, которые проводились с неописуемой пышностью. Когда же Нерон позорно закончил свое бесславное правление, то, чтобы изгладить из памяти потомков не только дела этого облеченного императорской властью изверга, но и само его имя, Неронии были упразднены. Однако спустя сто семьдесят лет, император Гордиан III (238—244 гг.) пытался возродить Неронии. Но годы его правления были сочтены, а попытка возрождения игр, связанных со столь непопулярным именем, была заранее обречена.
Император Домициан (81—96 гг.) учредил состязания в честь Юпитера Капитолийского. Они проводились каждые пять лет, и их программа включала гимнастические и музыкальные соревнования (Светоний «Домициан» 4). Здесь наградами отмечались не только кифароды и кифаристы-солисты (psilocitharistai), но также кифаристы, сопровождавшие своей игрой выступления хороводов
174
(chorocitharistai; в существующем русском переводе Светония все эти детали исчезли). Для большей помпезности Капитолийских игр Домициан велел построить на Марсовом поле по греческому «образу и подобию» Одеон, вмещавший более десяти тысяч зрителей. Все римляне, присутствовавшие на играх, чувствовали себя настоящими древними греками времен Перикла. Даже сам Домициан одевался в тогу «на греческий манер». Такое великолепие и грандиозность всех сопровождавших агон мероприятий делали его самым знаменитым во всей империи. Выигранная там победа означала первенство не только в Риме, но и во всем римском мире. А это по тогдашним представлениям соответствовало всему цивилизованному миру.
Страстью к состязаниям отличались не только императоры. Например, по свидетельству Цицерона («Об ораторе» 18, 57), консул 51 г. до н. э. Марк Марцелл Клавдий был чрезвычайно предан делу устройства игр. Более того, даже самые низкие сословия воспринимали игры как приятную и необходимую традицию. Для того чтобы они могли сами участвовать в состязаниях, в Риме ежегодно с 12 по 14 ноября проводились так называемые «плебейские игры» (хотя никаких конкретных сведений о музыкальных конкурсах в их программах не сохранилось).
Несколько неясным на античных конкурсах представляется облик судей. Выявление победителей было не простым делом. Поэтому судьи назначались из числа самых уважаемых граждан, чья объективность была вне сомнений (во всяком случае там, где волеизъявление агонотетов не ограничивалось диктатом владык). Победитель определялся путем подсчета голосов, поданных судьями за каждого участника соревнований. Правда, остается непонятным, насколько учитывалась при назначении агонотетов их осведомленность в вопросах искусства. Известны случаи, когда выдающиеся мастера, участвуя в агонах, не оказывались в числе победителей, а награду получали музыканты, не оставившие никакого следа в истории античного искусства. Конечно, в любом конкурсе результат зависит от многих слагаемых: от мастерства выступающего, его эмоционального состояния, программы и т. д. Но не последнюю роль здесь играют и судьи, глубина их понимания искусства, их художественные вкусы и добросовестность. Однако в сохранившихся материалах судьи стоят как-то в тени, и очень трудно осмыслить, кто они такие. Иначе говоря, жюри остается одной из загадок античных художественных агонов.
Как уже указывалось, в древнейшие времена наградой на мусических состязаниях была ветка «аполлоновского дерева» — лавра. Таким образом музыкант-победитель как бы отмечался важнейшим и самым знающим судьей — самим Аполлоном. Впоследствии в качестве награды победителю вручался треножник. Эта процедура
175

совершалась в торжественной обстановке, нередко под звуки песни, называвшейся «песня, сопровождающая треножник» — «τριποδιφοpikov μέλος» (Прокл «Хрестоматия» 27). Несмотря на то, что треножник представлял собой довольно значительную материальную ценность, он рассматривался как символ художественного мастерства его владельца и обычно посвящался богу. Нередко победитель агона делал на треножнике посвятительную надпись и оставлял его в храме. С этой минуты треножник словно принадлежал только богу, и никто из победителей даже не помышлял забрать его. Геродот (I 144) рассказывает случай, когда после одного из состязаний в честь Аполлона Триопийского некий галикарнассец по имени Агасикл вопреки обычаю унес треножник домой и повесил его на стене. В наказание за это пять городов (Линд, Иалис, Камир, Кос и Книд) отстранили шестой город, Галикарнасс, от участия в агонах.
Известны случаи, когда победители конкурсов воздвигали в честь своей победы даже целые монументы. По их убеждению, слава музыканта-победителя должна была быть закреплена в веках не только соответствующей записью на мраморной колонне и преданиями о мастерстве художника, но и величественным памятником. По свидетельству Афинея (VIII 351 е—f), знаменитый афинский кифарод IV в. до н. э. Стратоник, одержав победу на состязании в Сикионе, соорудил в святилище Асклепия посвятительный монумент в виде военного трофея и сделал на нем такую надпись: «[Воздвиг] Стратоник, [захватив первенство] у плохо играющих на кифаре».
С течением времени на различных состязаниях и играх в качестве премии стали даваться денежные вознаграждения. Для многих музыкантов-профессионалов такие премии оказывались основным источником существования. Судя по сохранившимся материалам, на многочисленных агонах в разные времена для победителей устанавливались неодинаковые денежные премии. Как правило, главный приз предназначался кифароду, поскольку его искусство считалось самым почетным и сложным. Поэтому величина денежных вознаграждений музыкантов на агонах всегда зависела от премии кифарода: чем выше его приз, тем выше призы и остальных музыкантов. На одном из мраморных обломков, обнаруженных близ города Афродисиады, находившегося на границе Фригии и Карии, указываются такие премии:

«сальпинксисту — 150 денариев
глашатаю — 150 денариев
кифароду-мальчику — 150 денариев
пифийскому авлету — 200 денариев
[кикли]ческому авлету—150 денариев
кифароду-мужчине — 500 денариев».

176

Другой фрагмент этого же столба сообщает:

«хоровому кифаристу — 500 денариев
хоровому авлету — 750 денариев
кифароду — 1500 денариев».

Иногда применялся другой принцип распределения призов. Вот надпись из Малой Азии, в который указываются и вторые премии:

«сальпинксисту — 500 денариев
глашатаю — 500 денариев
автору энкомия — 750 денариев
поэту — 750 денариев
пифийскому авлету—100 денариев
для второго — 350 денариев
солисту-кифаристу — 1000 денариев
для второго — 350 денариев
кифароду-мальчику — 750 денариев
для второго — 250 денариев
хоровому авлету — 1500 денариев
для второго — 500 денариев
трагическому хору — 500 денариев
хоровому кифаристу — 1500 денариев
для второго — 500 денариев».

Велики или малы эти денежные призы, вручавшиеся победителям?
Сейчас уже невозможно точно и однозначно определить реальную величину каждой суммы. Во-первых, подлинная ценность денария изменялась и в различных местах была неодинаковой. Во-вторых, не всегда и не везде в обращении были денарии одной и той же стоимости. Приблизительное представление о фактических размерах приведенных денежных призов читателю помогут составить следующие сведения: в I в. до н. э. в Риме дрозд стоил 3 денария (Варрон «О сельском хозяйстве» III 2), во II в. девочка-рабыня шести лет оценивалась в 205 денариев (деревянная табличка 139 г., найденная в Дакии), трубач при носителе высшей власти в римской колонии (duumvir) получал ежегодно до 217 г. до н. э. 30 денариев, а впоследствии — 75 (фрагмент надписи из Урсо в Беотике, Испания), во времена Диоклетиана (284—305 гг.), когда в обиход вошли менее ценные денарии, учитель греческого и латинского языков получал их ежемесячно в количестве 200, а учитель арифметики — 75, брадобрею же за одного человека платили 2 денария (эдикт Диоклетиана).
Для более ранних исторических периодов материальные «завоевания» музыкантов-победителей рассматривались как фактор побочный и несущественный. Самым важным результатом считались твор-

177
ческие достижения, художественное превосходство над соперниками. И именно это оценивалось как наиболее значимый итог агона. Звание победителя настолько высоко котировалось, что даже родство с ним было почетно. Плутарх («Лисандр» 18, 9) рассказывает, как шестикратный победитель на Пифийских играх кифарод Аристоной предложил спартанскому полководцу Лисандру (конец V в. до н. э.) объявить себя его сыном. В согласии с воззрениями эпохи, Аристоной был глубоко убежден, что Лисандру будет бесконечно лестно считаться отцом столь знаменитого музыканта.
Однако с течением времени материальные блага победителей агонов становились все более и более заманчивыми. Постепенно величина денежного вознаграждения сделалась своеобразным критерием уровня агона: чем выше были денежные призы, тем охотнее именитые музыканты съезжались на конкурс. Такая тенденция не могла не сказаться на художественном уровне соревнований. Когда прежде, в древности, целью состязаний было выявление мастерства и художественных идеалов каждого выступающего, естественно, что на агонах сталкивались самобытные творческие индивидуальности. Конечно, абсолютное большинство самых высочайших художественных достижений античной музыки не было связано с агонами. Они возникали в иной музыкальной жизни, лишенной конкурсной суеты и шедшей как бы параллельно бурным событиям, происходившим на состязаниях. Однако все же неслучайно на знаменитых эллинских агонах VI—IV вв. до н. э. иногда появлялись музыканты, которые создали свое направление в древнегреческом искусстве (Терпандр, Тимофей, Сакад, Фринис и другие). В последующие эпохи все было намного проще и цель у всех была единая: любой ценой добиться успеха у судей и, главное, — у толпы слушателей. Одобрение массы слушателей давило на жюри и становилось одним из решающих аргументов при определении победителя. Такое влияние толпы ощущалось уже во времена Платона (см.: «Законы» III 700 е). Но впоследствии оно стало решающим. Дело нередко доходило до того, что слушатели не соглашались с мнением жюри. Так, Элиан («Пестрые рассказы» III 43) сообщает, что однажды на соревнованиях в честь богини Геры граждане южноитальянского города Сибариса, обсуждая выступление какого-то кифарода, повздорили и даже схватились за оружие.
Все это были явно негативные тенденции, которые отодвинули на задний план стремление к утверждению на мусических агонах художественных принципов и постепенно превратили их в способ профессионального заработка и общедоступное зрелище, далеко не всегда удовлетворяющее взыскательные вкусы.


Совсем недорого прокат машин для всех клиентов.
Rambler's Top100