Систематическое изложение истории греческой философии не является прямой задачей настоящего курса, поэтому мы коснемся вопросов философии лишь в такой степени, в какой это необходимо для изучения истории греческой литературы.
Историческую ценность греческой философии Ф. Энгельс видел в том, что «в многообразных формах греческой философии уже имеются в зародыше, в процессе возникновения, почти все позднейшие типы мировоззрений»1. А в позднейшую эпоху вся история философии сводится к борьбе между двумя основными направлениями — материализмом и идеализмом. Связывая их с именами особенно типич-
ных представителей философии, В. И. Ленин определял их, как линии Демокрита (V в. до н. э.) и Платона (IV в. до н. э.)1.
Было вполне естественно, что пробудившаяся мысль грека занялась прежде всего изучением окружающего материального мира. Первые греческие мыслители и стали стихийно материалистами. «...Материалистическое мировоззрение, — писал Ф. Энгельс, — означает просто понимание природы такой, какова она есть, без всяких посторонних прибавлений, и поэтому у греческих философов оно было первоначально чем-то само собой разумеющимся»2. Фалес, которого греки считали старшим из своих философов (конец VII и начало VI в. до н. э.), сумел объяснить случившееся 28 мая 585 г. солнечное затмение не как чудо, а как естественное явление. Анаксимандр, живший тогда же, считался изобретателем солнечных часов и составителем первой географической карты.
Отличительной чертой ранней, еще примитивной мысли было то, что она видела общее прежде частностей. «...Природа еще рассматривается в общем, как одно целое», — так характеризовал начальный период философии Ф. Энгельс3.
Первые философы были натурфилософами, или «физиками», т. е. занимались исследованием природы, и, занимаясь вопросом, откуда произошло все в окружающем мире, искали единую первооснову всего сущего, из которой все возникло и в которую все разрешается. Они полагали, что путем уплотнения или разряжения единой материи образуются различные формы видимого мира. Фалес видел эту первооснову в воде; Анаксимандр (начало VI в.) — в беспредельном (apeiron) или — «Гегель правильно передает это бесконечное словами— «неопределенная материя»4; Анаксимен (VI в.) — в воздухе; Гераклит (конец VI в. до н.э.)—в огне.
Все эти мыслители считали основную материю живой, и потому их называют «гилозоистами» от слов «гиле» (материя) и «зоэ» (жизнь). Как ни наивны эти первые философские учения, они важны тем, что были первым шагом к рационалистическому объяснению мира.
Эти первые материалистические учения явились откликом прогрессивного движения в восточных частях греческого мира. Несколько позже проявило себя реакционное течение, которое уводило мысль в сторону метафизических абстракций, прикрывавших религиозную сущность представлений о мироздании.
Пифагор (VI в. до н. э.), аристократ с острова Самоса, эмигрировавший при Поликрате, после долгих путешествий в разные страны — в том числе в Вавилон и Египет — обосновался в городе Кротоне в южной Италии и сделался там руководителем большого союза аристократических государств, которые силою оружия водворяли свою по-