1. Расцвет афинского государства и демократии при Перикле. 2. Строительство и художественная жизнь. 3. Общественные и художественные идеалы эпохи Перикла. 4. Социальные изменения в период Пелопоннесской войны. 5. Основные течения в научной и общественной мысли. 6. Политическая литература. 7. Начало ораторского искусства.
В творчестве Эсхила греческая трагедия достигла полной зрелости и сделалась руководящим литературным жанром. Дальнейшее ее развитие связано с именами Софокла и Эврипида, деятельность которых занимает середину и почти всю вторую половину V в. до н. э. и отражает общий подъем культуры в это время. Их младшим современником был комический поэт Аристофан, который продолжал писать и в начале IV в. В течение этого времени происходили большие изменения в общественной жизни, и названные поэты являются выразителями разных направлений — от тяготения к трезвому воспроизведению живой действительности до высоких взлетов в мир фантазии. Сама эта эпоха содержит два различных этапа: высший расцвет афинского государства при Перикле (445—430 гг.) и начинающийся кризис рабовладельческой демократии в пору Пелопонесской войны (431 — 404 гг. до н. э.). Софокл выражал интересы консервативно-демократических кругов, Эврипид, «философ на сцене», был носителем передовых веяний, Аристофан в забавно-карикатурных образах отражал недоверие крестьянина к опасным новшествам политической и культурной жизни.
В середине V в. строй рабовладельческой демократии в Афинах можно считать вполне установившимся. Из греческих государств-городов Афины сделались богатейшим и крупнейшим государством, главой большого морского союза, насчитывавшего в своем составе свыше 150 отдельных государств. С этих «союзников» Афины получали взносы первоначально в сумме до 460 талантов, т. е. около 1 миллиона рублей золотом в год, а к началу Пелопоннесской войны эти взносы возросли до 600 талантов, т. е. до 1,5 миллиона, после Никиева мира (421 г.) — до 1200 талантов и затем до 1300'. К началу войны союз превратился уже в настоящую державу, причем Афины заняли положение как бы господства над остальными членами союза. Это, естественно, стало причиной недовольства союзников и непрочности самого союза. Об этом впоследствии так писал Ксенофонт (в начале
IV в.): «Мы, афиняне, вступили в войну с лакедемонянами и их союзниками, имея триэр на море и на верфях не менее трехсот, держа на Акрополе большие деньги в наличности и получая ежегодно доходов из своей земли и из-за границы не менее тысячи талантов. Но, хотя мы имели под своей властью все острова и много еще городов в Европе... все-таки мы потерпели поражение столь сильное, как вы все знаете» («Анабасис», VII, 1, 27).
Установив в одних государствах экономическое господство, с другими поддерживая торговые отношения, Афины в третьей четверти
V в. достигли высшего материального благосостояния, а вместе с тем сделались одним из главных культурных центров всего греческого мира и стали привлекать к себе живые творческие силы со всех концов его. Этот культурный подъем совпадает с тем временем, когда делами афинского государства руководил Перикл, почему нередко это время называют «веком Перикла». Но ясно, что он был только выразителем идей умеренных групп демократии, смыкавшейся с передовой аристократией. К. Маркс писал, что «высочайший внутренний расцвет Греции совпадает с эпохой Перикла...»2.
Перикл (прибл. 500—429 гг. до н. э.) принадлежал к передовой аристократии, был весьма образованным по своему времени человеком, хорошим полководцем и тонким политиком, умевшим сглаживать противоречия современной жизни. Он продолжал то демократическое направление, которое в 60-х годах начал его друг Эфиальт. После успешной борьбы с аристократическими группировками Кимона и Фукидида, сына Мелесия, он в течение 15 лет (445—430 гг.) ежегодно избирался в коллегию 10 стратегов и фактически был руководителем всей политики Афин, причем проявил исключительные организаторские способности, сумев привлечь в свой город выдающихся деятелей науки и искусства из разных областей Греции. Историк Фукидид говорит про его время, что «на словах была демократия, а на деле правление первого мужа» (11, 65, 9). Только под конец жизни Перикла его влияние на политические дела поколебалось, что было связано с выдвижением новых общественных сил.