Наша группа ВКОНТАКТЕ
208

4. СОЦИАЛЬНЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ В ПЕРИОД ПЕЛОПОННЕССКОЙ ВОЙНЫ

Афинская демократия находилась на вершине своего развития, когда началась Пелопоннесская война (431—404 гг. до н. э.). Финансовое положение Афин было блестящим. Флот их господствовал на море, доставляя в Афины в избытке все, в чем была потребность. Правда, не имея в достаточном количестве своего хлеба, Афины должны были всегда держать под своим наблюдением проливы — Геллеспонт и Боспор, так как через них проходил главный путь снабжения страны хлебом с северных берегов Понта (Черного моря). А попытка подчинить себе Сицилию, чтобы обеспечить подвоз хлеба оттуда (415—413 гг.), кончилась жестоким поражением.
Пелопоннесская война, возникшая на почве экономического соперничества между наиболее крупными государствами Греции, была в то же время борьбой между двумя политическими системами. Вся

209

Греция разделилась на два лагеря, причем к Афинам примкнули государства, имевшие демократическое устройство или тяготевшие к нему, а к Спарте — государства олигархические. Однако и в самих Афинах было немало противников существовавшего строя. Но, не имея возможности выступать открыто, они действовали через тайные сообщества — «гетерии», выжидая удобного момента, чтобы низвергнуть демократию. Такой случай представился в 411 г. в связи с неудачей сицилийского похода: власть была передана Совету Четырехсот («олигархия четырехсот»). Но она продержалась очень недолго. Гораздо более тяжелый удар демократии был нанесен после капитуляции Афин в 404 г., когда под давлением спартанцев в Афинах было поставлено олигархическое правительство Тридцати. Однако и тут демократия нашла в себе силу, чтобы сбросить ненавистный порядок.
Подобные явления происходили и в других греческих государствах. Историк Фукидид нарисовал потрясающую картину того ожесточения, в которое вылилась политическая борьба на острове Керкире в 427 г. (III, 81—85). Вместе с тем он указал, что такая борьба велась повсеместно и вызвала глубокие моральные потрясения.
Другую опасность для Афин представляли отношения с союзниками. Союзники из равноправных членов союза превратились в данников и стали искать случая, чтобы освободиться от своей зависимости. Восстания их неоднократно происходили и до войны, но еще более участились во время войны. Поражение Афин в 404 г. привело к распаду морского союза.
С большой силой в эту пору стали обнаруживаться отрицательные стороны рабовладельческой системы. Экономическое преуспеяние государства основывалось на росте рабовладения. Но с увеличением количества рабов ухудшалось их положение. Они превращались в живой товар, в «говорящие орудия» или «одушевленные вещи». В период Пелопоннесской войны приняли широкий размер побеги рабов от хозяев1 — первые попытки пассивного протеста. Однако самое худшее заключалось в растлевающем действии этого строя на самих рабовладельцев. «...С развитием торговли и промышленности, — писал Ф. Энгельс, — происходило накопление и концентрация богатств в немногих руках, а также обнищание массы свободных граждан, которым только оставалось на выбор: или вступить в конкуренцию с рабским трудом, самим взявшись за ремесло, что считалось постыдным, низким занятием и не сулило к тому же большого успеха, или же превратиться в нищих. Они шли — при данных условиях неизбежно — по последнему пути, а так как они составляли массу населения, это привело к гибели и все афинское государство. Не демократия погубила Афины, как это утверждают европейские школьные педанты, пресмыкающиеся перед монархами, а рабство, которое сделало труд свободного гражданина презренным»2. Эти естественные последствия рабовладельческого строя усугублялись в ходе Пе-

1 Фукидид, VII, 27, 5; ср. намеки на это у Аристофана, «Всадники», 21—29, 73; «Облака», 6 сл.
2 Энгельс Ф. Происхождение семьи, частной собственности и государства. — Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 21, с. 119.
210
лопоннесской войны разорением многих крестьянских хозяйств и страшной эпидемией, свирепствовавшей в 430 и 429 гг.
Все это деморализующе действовало на население, значительная часть которого превращалась в бездельную голытьбу—«охлос», античный вид люмпен-пролетариата. И эта беспринципная и легковерная толпа, падкая на всякую новизну, составляла большинство на заседаниях Народного собрания. При таких условиях появился особый тип политических деятелей, так называемых «демагогов», которые, ловко приспосабливаясь к вкусам и настроениям слушателей, льстя их страстям и низменным чувствам, старались снискать доверие несбыточными обещаниями и строили на этом карьеру. Все известные нам демагоги времени Пелопоннесской войны были владельцами больших рабских мастерских — «эргастериев». Они наживались на военных поставках и разного рода спекуляциях, связанных с войной. Суля бедноте земельные наделы в завоеванных областях, щедрые раздачи денег и полученной добычи и тому подобные блага, демагоги увлекали бедноту на военные авантюры. Это и была военная партия в Афинах. Одним из главных ее вождей был богатый кожевник Клеон; он был убит в сражении под Амфиполем в 422 г., и лишь после его смерти Никию удалось добиться заключения в 421 г. так называемого Никиева мира со Спартой. Известно, как дерзкому политическому авантюристу Алкивиаду удалось увлечь афинян в поход в Сицилию в 415 г., окончившийся полным разгромом их войска в 413 г.
Больше всего страдали от войны аттические землевладельцы — и крупные и мелкие, особенно крестьяне (зевгиты), которые составляли главный контингент войска и усадьбы которых подвергались разорению. В начальный период войны Аттика пять раз подвергалась вторжениям спартанских войск, а с 413 г. до конца войны значительная часть Аттики была оккупирована врагами, причем большинство населения укрывалось за стенами в районе города и Пирея. Земледельческие элементы были главными поборниками мира и составляли партию мира.
Естественно, что все это находило самый живой отклик в современной литературе. Вопросы политики, особенно темы мира, занимали большое место в произведениях Эврипида и Аристофана.

Подготовлено по изданию:

Радциг С. И.
Р 15 История древнегреческой литературы: Учебник. — 5-е изд. — М.: Высш. школа, 1982, 487 с.
© Издательство «Высшая школа», 1977.
© Издательство «Высшая школа», 1982.